RUS: До Великой Октябрьской революции Рождество в России праздновали 25 декабря. Сейчас 25 декабря обычно называют католическим Рождеством в российских новостях. Счастливого Рождества! Вот несколько старых Рождественских открыток для вас!
December 25, 2008
Merry Christmas! -- Счастливого Рождества!
ENG: Before the Great October Revolution Christmas was celebrated on December 25 in Russia. Now December 25 is usually referred to as Catholic Christmas in Russian news. Merry Christmas! Here are some old Russian Christmas postcards for you!
RUS: До Великой Октябрьской революции Рождество в России праздновали 25 декабря. Сейчас 25 декабря обычно называют католическим Рождеством в российских новостях. Счастливого Рождества! Вот несколько старых Рождественских открыток для вас!
RUS: До Великой Октябрьской революции Рождество в России праздновали 25 декабря. Сейчас 25 декабря обычно называют католическим Рождеством в российских новостях. Счастливого Рождества! Вот несколько старых Рождественских открыток для вас!
December 16, 2008
Ads and Culture -- Реклама и культура
ENG: Ads are wonderful representations of cultural change. Here is Gillette safety razor ad which revolutionized shaving culture around the world: this daily procedure changed dramatically since then.
RUS: Рекламные плакаты - прекрасные репрезентации культурных изменений. Вот реклама безопасной бритвы Жилет, которая революционизировала культуру бритья в глобальном масштабе: эта ежедневная процедура кардинально изменилась с тех пор.
December 13, 2008
Museum of Everyday Culture: Soviet Tea Ceremony -- Музей обыденной культуры: советское чаепитие
RUS: Чаепития бывают разные. В советское время в России одной из форм было питие чая из граненых стаканов в подстаканниках (на фото: граненые стаканы и алюминиевые, стальные подстаканники конца 70-х - начала 80-х годов ХХ века).
ENG: There are different tea ceremonies. In the Soviet times in Russia one of the forms was drinking tea from faceted glasses in glass holders (in the picture: faceted glasses and aluminum, steel glass holders of the end of 1970s - the beginning of 1980s).
Museum of Everyday Culture: Flee Market -- Музей обыденной культуры: барахолка
RUS: Барахолка - источник аутентичных сведений о культуре и собрание артефактов. Хлам одного человека - сокровище другого. Барахолка - универсальная культурная форма. Она есть, практически, во всех культурах за исключением первобытных.
ENG: Flee market is a source of authentic information about culture and collection of artifacts. One man's junk is another man's treasure. Flee market is a universal cultural form. It is present, practically, in all cultures except primitive ones.
В Вологде-где-где... (Алексей Орлов) -- There, in Vologda... (by Alexey Orlov)
В 6 утра в русском городе Вологде писать не принято. Вокзальный туалет заперт до рассвета. На автостанции, что на той же площади, на уборной тоже висит большой замок. Внутри очень красиво, зеркала, уютный свет и даже чистота - но об этом я узнаю потом, а пока после поезда Москва-Воркута мне достался только запор на двери.
Так что первыми ощущениями от Вологды стали спешные поиски темного уголка и дерева (ну или хотя бы кустика), заслужившего переработанные за время посиделок в плацкарте шести литров пива.
Саму Вологду было решено оставить на потом. А сначала мы сели на модный в моем детстве красный Икарус и укатили в Кириллов. Это маленький городишко в 130-и километрах от областного центра. Он проходится поперек за 14 минут в трезвом состоянии и проползается за 17 в нетрезвом. Но помимо одного ресторана и двух кафе, в нем есть главная достопримечательность - монастырь за огромной стеной.
В общем, не знать, так шведская крепость. Ну или Выборгская - очень похоже. Внутри по сути еще один город: там и мельницы, и амбары, и грядки. Молчу про храмы, митрополичьи палаты, склады с соленьями, мочеными грибами и деревянную часовеньку, поставленную в 14-ом веке самим Кириллом. Кирилл этот был дауншифтером - уехал на север, на природу, к озерам. Там и основал монастырь имени себя. Плохо ли? Днем рыбалка и ягоды, вечером разговор с богом. Никаких столичных сплетен, интриг и пробок.
Был у Кирилла друг Феропонт. Он тоже на север уехал. А потом не знаю, что между мужчинами произошло. Может, поругались, может характерами не сошлись. Может, им тесно стало в монастыре, прогулка вокруг стен которого займет не меньше получаса. Но... ушел Феропонт.
Недалеко, правда, ушел. Ровно 25 километров, и на берегу другого озера построил себе еще один монастырь - Феропонтов. Стены в нем поскромнее, пониже. Зато рыбалка лучше. Да и сам монастырь получился женский, а не мужской.
Лепота, в общем. Чтобы все было совсем зашибись, Феропонт Дионисия позвал - храм фресками расписать. Фрески эти и сейчас увидеть можно. Правда, пускают в храм по двое и строгая смотрительница не сводит с тебя глаз, чтобы ты, не дай святые, не сковырнул кусочек древней росписи и не прилепил его себе на холодильник между магнитиками.
Дорогу между монастырями заасфальтировали, так что идти по ней проще, чем в 14-ом веке. Но народа в тех краях и сейчас мало. В Феропонтове есть клуб, но он закрыт. А в места в Кириллове не попасть: там либо банкеты для стареньких, либо тусня для молоденьких. Молодые люди в спортивных штанах пьют дешевое пиво угощают им дам в лосинах. Так что вечер мы провели на берегу озера, где слушали природу, пока оставался коньяк, и обещали вернуться летом.
Дорога в Вологду опять напомнила о туалетной проблеме города. Напомнила прямо в междугороднем автобусе, который на перекур было не остановить. Эх, 10 минут позора, незначительная лужа под задним сиденьем и вновь полная бутылка "Нарзана". Я бы мог стать снайпером, если б стрелять нужно было другим местом.
Вологда - городок очень милый, но небогатый. Из достопримечательностей там обнаружен симпатичный Кремль, парочка домов с резным палисадником, мечеть, вечный огонь, кинотеатр "Ленком" (почему-то) и памятник Батюшкову с конем. В том, что это именно конь, а не лошадь - сомневаться не приходилось. Захоти этот конь тоже стать снайпером, у меня появился бы серьезный конкурент.
А под занавес я перешел дорогу на красный свет светофора и был отчитан тут же остановившим меня милиционером. Он подсказал дорогу до гостиницы, а потом выписал штраф на сто рублей, который спустя две недели я все-таки оплатил в Сбербанке.
Вот такая Вологда. Там, кстати, морошка растет, а из нее наливка делается. Так что точно вернусь.
Так что первыми ощущениями от Вологды стали спешные поиски темного уголка и дерева (ну или хотя бы кустика), заслужившего переработанные за время посиделок в плацкарте шести литров пива.
Саму Вологду было решено оставить на потом. А сначала мы сели на модный в моем детстве красный Икарус и укатили в Кириллов. Это маленький городишко в 130-и километрах от областного центра. Он проходится поперек за 14 минут в трезвом состоянии и проползается за 17 в нетрезвом. Но помимо одного ресторана и двух кафе, в нем есть главная достопримечательность - монастырь за огромной стеной.
В общем, не знать, так шведская крепость. Ну или Выборгская - очень похоже. Внутри по сути еще один город: там и мельницы, и амбары, и грядки. Молчу про храмы, митрополичьи палаты, склады с соленьями, мочеными грибами и деревянную часовеньку, поставленную в 14-ом веке самим Кириллом. Кирилл этот был дауншифтером - уехал на север, на природу, к озерам. Там и основал монастырь имени себя. Плохо ли? Днем рыбалка и ягоды, вечером разговор с богом. Никаких столичных сплетен, интриг и пробок.
Был у Кирилла друг Феропонт. Он тоже на север уехал. А потом не знаю, что между мужчинами произошло. Может, поругались, может характерами не сошлись. Может, им тесно стало в монастыре, прогулка вокруг стен которого займет не меньше получаса. Но... ушел Феропонт.
Недалеко, правда, ушел. Ровно 25 километров, и на берегу другого озера построил себе еще один монастырь - Феропонтов. Стены в нем поскромнее, пониже. Зато рыбалка лучше. Да и сам монастырь получился женский, а не мужской.
Лепота, в общем. Чтобы все было совсем зашибись, Феропонт Дионисия позвал - храм фресками расписать. Фрески эти и сейчас увидеть можно. Правда, пускают в храм по двое и строгая смотрительница не сводит с тебя глаз, чтобы ты, не дай святые, не сковырнул кусочек древней росписи и не прилепил его себе на холодильник между магнитиками.
Дорогу между монастырями заасфальтировали, так что идти по ней проще, чем в 14-ом веке. Но народа в тех краях и сейчас мало. В Феропонтове есть клуб, но он закрыт. А в места в Кириллове не попасть: там либо банкеты для стареньких, либо тусня для молоденьких. Молодые люди в спортивных штанах пьют дешевое пиво угощают им дам в лосинах. Так что вечер мы провели на берегу озера, где слушали природу, пока оставался коньяк, и обещали вернуться летом.
Дорога в Вологду опять напомнила о туалетной проблеме города. Напомнила прямо в междугороднем автобусе, который на перекур было не остановить. Эх, 10 минут позора, незначительная лужа под задним сиденьем и вновь полная бутылка "Нарзана". Я бы мог стать снайпером, если б стрелять нужно было другим местом.
Вологда - городок очень милый, но небогатый. Из достопримечательностей там обнаружен симпатичный Кремль, парочка домов с резным палисадником, мечеть, вечный огонь, кинотеатр "Ленком" (почему-то) и памятник Батюшкову с конем. В том, что это именно конь, а не лошадь - сомневаться не приходилось. Захоти этот конь тоже стать снайпером, у меня появился бы серьезный конкурент.
А под занавес я перешел дорогу на красный свет светофора и был отчитан тут же остановившим меня милиционером. Он подсказал дорогу до гостиницы, а потом выписал штраф на сто рублей, который спустя две недели я все-таки оплатил в Сбербанке.
Вот такая Вологда. Там, кстати, морошка растет, а из нее наливка делается. Так что точно вернусь.
December 06, 2008
Museum of everyday culture -- Музей обыденной культуры
RUS: Новое поступление в виртуальный музей обыденной культуры: книга из серии «Мои первые книжки» «Ленин и дети». Автор В. Бонч-Бруевич. Издательство «Детская литература», Москва, 1989г. Несомненным раритетом книгу делает надпись безымянного выпускника школы 1990 года, которая гласит: «Дорогой друг! Тебе еще 9 лет сидеть за школьной партой и, если честно, я тебе завидую. Пусть твои школьные годы будут такие же счастливые, какими они были для меня». Это подарок первокласснику. И надпись никак не связана с этой конкретной книгой, ничего идеологического или политического. Книга из советского прошлого, а перестройка уже в разгаре.
ENG: A new acquisition at the virtual museum of everyday culture: a book from a series of My First Books titled Lenin and Children. Author: Vladimir Bonch-Bruevich. Children Literature Publishing, Moscow, 1989. The rarity of the book is the inscription written by an unnamed high school graduate which says: “Dear friend! For more 9 years you will sit at a school desk and, frankly, I envy you. Let your school years be as happy as they were for me”. This is a gift to a first grader. And the inscription is not connected in any way with this concrete book, nothing ideological or political. The book is from the Soviet past but perestroika is in full fling.
December 04, 2008
Subscribe to:
Posts (Atom)